Odd's ЖиЖу

«Архитектура имиджа» («The architecture of Image») Юхани Палласмаа — одна из наиболее утонченных книг об архитектуре: эта книга написана архитектором, который смотрит кино глазами дизайнера, ищущего внутреннюю основу архитектуры. Два момента очень важны и интересны: архитектор в поисках истоков своей собственной философии, с одной стороны, и движение, как тому посредник, — с другой...

Пять историй объединены в этой книге, каждая из которых — литературный шедевр, но, что более важно, — это пять независимых пространственных переживаний, провоцирующих проектное сознание.

Но эти заметки не по-поводу книги Палласмаа, — это просто попытка «присоединиться к празднику» — усилия направлены на прочтение основных принципов архитектуры через значимость визуальных метафор и логику поэтики; познание энергетики созидания; исследование многозначности значений дождя, ветра, света, звука, огня, воды... обычное использование этих природных феноменов в архитектуре вовсе не определяется их граниченной географической принадлежностью.

1

С этой точки зрения кажутся совершенно бессмысленными идеи идентификации архитектуры, как национального продукта и только. Должно быть довольно сложно, если не совсем абсурдно, отрицать мультидисциплинарное влияние различных культур и технологий на развитие современной архитектуры, — очевидно, что любой предпроектный опыт весьма мультикультурен.

     2

Навязчивая идея с приоритетом «чего-то национального» сыграла сомнительную роль в современном развитии российской архитектуры.

     3

Архитектурная идеология — это продукт, определяемый персональными интеллектуальными пристрастиями и культурной ориентацией её создателя — количество комбинаций непредсказуемо (в идеале)...

      4

Искусственно приковав внимание к опыту Русского авангарда сегодня, мы все еще страдаем от ностальгии, сталкивая лоб в лоб опыт абстрактных интерпретаций с сомнительной философией и фальшивой ценностью «современной классики». Время ушло, заблуждения остались...

      5

Более продуманные действия помогут соединить все аспекты, находящиеся в области изучения психогеографии*, конструкции окружения, поведения и архитектуры.

Когда мы впервые столкнулись с вопросом, что может значить - «Анархия в архитектуре», мы неожиданно поняли, что это именно то, чем мы занимаемся всю свою творческую жизнь. Странная ситуация для нас, русских, для кого анархия и революция являются частью нашей национальной традиции исторической правды. Тут надо сразу оговориться, что мы совершенно не собираемся проводить какие-либо параллели с так называемой Анархитектурой Гордон Мата Кларка, или идти дальше к теории «само-урбанизма»...

В противоположность, нам хотелось бы противопоставить объект действию и затем сфокусироваться на процессе создания условий для поиска непредсказуемого в результате, где Непредсказуемость становится началом, концом и всеобщим мерилом. Каждый шаг и каждое решение — это персональная мерка ответственности архитектора за свою работу. Цель процесса — определить реальные проблемы, отфильтровав их от проблем надуманных. Тогда Анархия становится методом, — не для того, чтобы создать оппозицию, но чтобы проигнорировать её. Особенно в ситуации, когда Формализм тоже является инструментом... Потому что Имитация была и остается самой большой противоположностью и самым большим врагом креативности. Появляется динамический контраст между двумя элементами, — между анархическим и шаблонным, что способствует движению дальше от банальности и пошлости вперед к изменению.

Комбинация этих двух —

АНАРХИЯ (как интеллектуальная игра) + ФОРМАЛИЗМ (как противоположность имитации)— создает ситуацию, когда Формализм становится аналитическим методом, использующим морфологию как элемент эволюции... Для нас — это еще одна цепочка, связывающая с Малевичем и Русской иконографией (то, что, в свою очередь, вдохновляло Малевича), а также возвращение к анархизму Павла Филонова, когда переоценка самоконтролируемых элементов эволюционирует в идею формы с новым значением - феномен, который Виктор Шкловский описал, как способность привычных вещей становиться странными, видеть мир в новом свете, реконструировать действительность таким образом, что она перестает быть понятной — словом, ситуация без ограничений...

АРХИТЕКТУРЫ НЕТ…  АРХИТЕКТУРА ОПЕ РИРУЕТ ПРОСТРАНСТВОМ ОБЛОДАЮЩЕМ ФУНКЦИЕЙ

...сначала в голову приходят какие-то отрицательные ассоциации, связанные с конкретными объектами (не-объектами), которые встречаются практически ежедневно… что-то, что 'притерлось' и уже даже 'не жмет'... а те другие 'не-объекты' натирают интеллектуальную мозоль...

Сложность интерпретации понимания Архитектуры как НеАрхитектуры заложена в вопросе — что есть Архитектура, прежде всего. Можно предположить, что Архитектуры как продукта для избранных должно быть меньше (почему?..) Но многочисленные печатные издания свидетельствуют о противоположном: современная Архитектура (как интеллектуально срежиссированный объект) материализуется в повседневности, не предоставляя современной НеАрхитектуре поводов для самоклонирования. Здесь есть маленькая зацепка: понятие НеАрхитектура в английском переводе можно озвучить как 'Non-architecture' (вольная интерпретация...) — это сокращение oт 'Non-standart-architecture'. К примеру, Кае Остерхуус применяет этот термин к криволинейному формообразованию. В этом случае НеАрхитектура и Архитектура не меняются полярностями, а оперируют в одном поле и нестандартность приобретает превосходство.

      В то же самое время английский толковый словарь не дает определения понятию Non-architecture. Тогда получается что НеАрхитектуры не существует?.. И не существует Не­объектов?.. А что же существует? НеАрхитектура - АнтиАрхитектура - Нестандартная Архитектура...(Павел Ларин)

 "

(Карцев И. "Жиль Делёз. Введение в постмодернизм. Философия как эстетическая имагинация (на стр.51). -М «ОГНИ ТД» 2005. ISBN 5-9722-0003-1)

... Но какое именно отношение устанавливается между содержанием и его выражением и какой тип различия устанавливается между ними? Всё это уже присутствует в голове. И, тем не менее, более реального различия никогда не существовало.